Правильное окончание психотерапии
Зачем прощаться? Правильное окончание психотерапии. Они действительно существуют. Они часто неудобны. Но неизбежны. Прощальные переживания так же окончательны, как смерть, и распространены, как выход из объятий любимого партнера, чтобы перекусить на кухне.
Они начинаются в первый раз, когда кто-то берет нас из рук матери, когда мы рождаемся (или, может быть, мы даже не достигли этого; для некоторых они начинаются с рождения). Мы говорим, все заканчивается. Или, что еще жестче, все должны научиться жить с разочарованием.
Первая «задача» состоит в том, чтобы узнать, что психоаналитик Эрик Эриксон назвал базовым доверием. Развитие которого означает, что, хотя родители оставляют нас одних в кроватке, они вернутся. Кто-то накормит нас, удержит, поменяет памперс и утешит.
Надеюсь, мы это узнаем. Не всем так везет.
Для тех, кому не дан шанс развить базовое доверие, прощания могут быть еще сложнее. Они трудны, потому что мы едва научились устанавливать связи и привязываться к кому-то еще. И думаем, что если не присоединимся, то не будем чувствовать себя плохо, когда время с этим человеком закончится. Такова теория для людей, которые стараются не соединяться.
Со временем мы понимаем, что стратегия не работает. Но продолжаем страдать и, что еще хуже, не понимаем, почему.
Психотерапевтов учат позволять людям в терапии иметь конец – или «до свидания». (Технический термин «процесс прекращения».) У многих людей есть истории, в которых другие просто исчезли из их жизни – общая ключевая проблема в консультировании – что терапевтические отношения должны не только не повторять это, но и исцелять.
Вы когда-нибудь замечали, что происходит, когда вы знаете, что что-то подходит к концу?
Подумайте о том, как последний раз переехал друг. Заметили что-нибудь в том, как вы относились к окружающим?
По мере приближения концовок мы видим то, что сдерживалось. Может быть, вы щелкаете с кем-то, на кого никогда раньше не злились. Возможно, считаете важным сделать свою последнюю вечеринку идеальной, надеясь на то, что когда они увидят, сколько им будет не хватать, передумают. Или, начинаете видеть и помнить только удивительные и прекрасные вещи о товарище и забывать о трудных временах, которые пережили вместе.
Если у вас действительно сильный процесс завершения, вы пройдете через все это.
Потому что, преодолев все стадии отрицания, гнева, торга и депрессии, вы достигните принятия. Вы действительно сможете сказать «до свидания».
Концы сильны, потому что, если мы позволим себе, мы освободим все чувства, которые привязали к другому человеку. Делая это, мы действительно находимся в отношениях с ними.
Позволить завершающему процессу произойти с вашим психотерапевтом будет невероятно полезным – иногда прерывание является самой проницательной работой, которую вы выполняете в терапии.
Поскольку настолько трудно полностью доверять тому, что окружающие скажут, увидев «худшего» из нас, мы неизбежно сдерживаемся. От друзей, партнеров, семьи и других. Редко мы показываем себя всего кому-либо.
Прощаясь, в игре присутствует качество «что мне терять».
И мы можем стать ближе из-за этого. Иногда мы избегаем прощания, потому что действительно злимся.
Моя подруга рассказывала на днях, что перестала видеть своего психолога. Она работала с этим терапевтом в течение нескольких лет и сказала, что лечение было очень хорошим … сначала. Было полезно поговорить о проблемах, но она хотела чего-то другого и не получила этого. Поэтому написала ему по электронной почте и закончила консультации.
Отправив письмо, девушка упустила возможность сообщить консультанту, как она была разочарована и зла. Конечно, она также избежала дискомфорта. Зачем себя испытывать?
Но это одно из того, для чего вы идете на психотерапию: иметь возможность сказать все, что вы чувствуете, и быть услышанным без осуждения. Вряд ли вы получите такой шанс где-либо еще. Подробнее ТУТ

Спеціаліст у галузі Гештальт-Терапії
Перший ступінь – 1,5 року – “Теорія і практика гештальт-терапії”; другий ступінь – 2,5 року – “Теорія і практика гештальт-терапії”; авторську терапевтичну групу “PRO стосунки”; авторську терапевтичну групу “Теорія і практика великих стосунків”; навчання на третьому курсі університету на факультеті психологія; курс лекцій “Теорія особистості”. Учасник київського гештальт-інтенсиву. Учасник щорічних Всеукраїнських гештальт-конференцій. Спеціалізація “Вікові кризи”. Спеціалізація “Гештальт-терапія в роботі з дітьми”.
Приватна практика з 2018 р.







